Обаме самому на войну страшно не хочется. Но сообенности внутриамериканской политики таковы, что в сложившейся ситуации президент ОБЯЗАН проявить «жёсткую реакцию», если он хочет сохранить хоть какое-то влияние. Даже если ни он, ни население этого не хочет — такой вот парадокс. Поэтому Обама сейчас в цугцванге, и банально тянет время, произнося дежурные грозные заявления на публику. На самом деле он обладает полным правом начать военную операцию вот хоть прямо сейчас, но тем не менее вынес решение о её начале на слушания в Конгрессе, которые опять отложены почти на неделю. Собственно, оппозиционная настроенность Конгресса ему сейчас на руку, поскольку позволяет вывернуться и не проводить операцию, сохранив лицо: «а я чо, я ничо, вон, Конгресс спрашивайте, он не дал». У меня вообще большие подозрения, что сейчас все лоббисты администрации только и заняты, что беганием по конгрессменам-республиканцам и уламыванием их голосовать против операции.