Лого Сделано у нас
57

Стране нужны самолёты

 © mcdn.tvzvezda.ru

Генеральный директор Объединенной авиастроительной корпорации Юрий Слюсарь в интервью каналу «Россия 24» рассказал, на каких стадиях находятся в настоящее время работы по проектам «Суперджет», МС-21, как реализуется программа импортозамещения в авиационной отрасли, и назвал вызовы, стоящие перед российским авиапромом в новых условиях.

— После совещания президента по авиаотрасли было заявлено, что планы по серийному производству МС-21 сдвигаются на один-два года. А в какой сейчас стадии идут испытания самолёта с российским двигателем?

— Программа испытаний продолжается. Что касается российского композитного крыла, недавно, буквально на днях, завершился важный этап — статические испытания кессона крыла. Нормы авиационной безопасности требуют, чтобы мы испытали на так называемую расчетную нагрузку. Она в полтора раза выше, чем максимально возможная нагрузка при эксплуатации. Так вот, кессон в ЦАГИ, который мы поставили, все испытания прошел. Более того, он проходил при особых климатических условиях: мы крыло еще нагревали при этом, чтобы усложнить задачу. И при испытаниях кессон специально разрушился при расчетной нагрузке, которая на 50% выше, чем максимально возможная при эксплуатации. Что, собственно, подтвердило правильность расчетов конструкторов и инженеров и полную безопасность при любых возможных условиях эксплуатации этого крыла.

Что касается двигателя российского, наша задача — интенсифицировать программу испытаний. Там большое количество полетов МС-21 с российским двигателем. У нас для этого выделено два самолета. Мы надеемся, что сейчас под те сроки, которые мы поставили, мы вместе с коллегами двигателистами максимально сожмем программу и получим одобрение сертификата типа с новым двигателем в максимально сжатые сроки.

— То есть получается, что сроки сдвигаются из-за новых задач по импортозамещению?

— Достаточно длительный период идет, скажем так, ограничение, связанное с поставкой иностранных комплектующих. Это началось не в феврале 22-го года, это началось раньше. Но тем не менее все-таки поставки шли, у нас было взаимодействие и по линии опытно-конструкторских работ с иностранными коллегами, и по поставкам, соответственно, покупных комплектующих изделий на конвейер.

Вообще, проект МС-21 изначально задумывался как международный, ориентированный на международный рынок, с большой международной кооперацией. И, конечно, все то, что происходило после этого, когда партнерам нашим фактически запретили участвовать в этом проекте и мы были вынуждены перейти к созданию полностью, стопроцентно отечественной версии, это значительным образом поставило перед нами новые задачи. Но мы начали это не в 22-м году, этот проект импортозамещения идет несколько лет, и сейчас мы находимся на этапе, когда мы начнем получать отечественные системы, отечественные агрегаты и отечественные двигатели, устанавливать их на самолет и проводить программу испытаний. Наша задача в этой программе — в 23-м году полностью отлетать и с 24-го года начать поставку МС-21 с полностью российским «лицом» в отечественные авиакомпании.

— Изначально были планы передать до конца этого года два самолета МС-21 авиакомпании «Россия», но с иностранным двигателем. По вашим оценкам, когда вы сможете передавать уже авиакомпаниям самолеты МС-21 импортозамещенные и сколько самолетов в год вы сможете выпускать?

— Задача-максимум — выйти на 72 самолета в год в Иркутске. Там есть некая этапность: мы должны к 25-му году достичь 36, после этого выйти, соответственно, на 72 самолета. Это те расчеты, которые мы сделали с коллегами из авиационной отрасли, из Минтранса, Росавиации, авиакомпаний. Я напомню, что до начала событий, которые были связаны с прекращением поставок иностранной авиационной техники, планы авиакомпаний были от 80 до 100 самолетов в год закупать именно для обновления парка, поэтому 72 самолета МС-21 — это самая востребованная ниша, эти самолеты перевозят наибольшее количество пассажиров во всем мире, в том числе в России. Наша задача была выйти на 72 самолета в год. Мы в этой парадигме остаемся, и то техническое перевооружение, которое у нас идет, оно как раз направлено на то, чтобы эту серию разогнать до 72 самолетов в год.

Что касается передачи самолетов в авиакомпании, мы очень плотно работаем со всеми авиакомпаниями, в первую очередь, с нашим главным партнером, группой компаний «Аэрофлот», куда мы планируем поставить наши первые самолеты, И, конечно, эти самолеты ждут. Я напомню, что у нас программа предусматривает возможность выбора для авиакомпаний. Они могли покупать самолеты с американским Pratt & Whitney или с российским ПД-14. Сейчас мы такую возможность не предоставляем, самолет у нас будет оснащен только отечественным двигателем ПД-14. Так вот, с двигателем Pratt & Whitney, который у нас шел первым, мы два самолета в авиакомпании готовы передать.

Но в этом нет особого экономического смысла, постольку поскольку не очень рентабельно будет поддерживать летную годность двух самолетов в этом «лице», поэтому мы договорились с нашими коллегами о том, что мы отдаем в так называемую подконтрольную эксплуатацию: самолеты начнут летать. Они не будут стоять в расписании и на них нельзя будет купить билет, но тем не менее самолеты начнут эксплуатацию, мы начнем получать данные по их эксплуатации, пилоты начнут учиться, экипажи начнут тренироваться, как обращаться с этим самолетом. Мы в том числе будем осуществлять перевозки, постольку поскольку по нынешним временам каждый самолет на счету, и в том числе эти два самолета, я уверен, найдут свое место на рынке авиационных перевозок.

— И, возможно, это как-то ускорит потом введение в график МС-21-310.

— Конечно, да. Это будет в 24-м году. Уже будут подготовлены пилоты, подготовлены экипажи, подготовлена база. А параллельно мы не останавливаем работу по созданию инфраструктуры, по послепродажному обслуживанию: строим склады, создаем запас запасных частей, соответственно, осваиваем все формы технического обслуживания, чтобы у нас к моменту начала эксплуатации вся инфраструктура, вся эта экосистема, связанная с функционированием и эксплуатацией МС-21, была уже создана.

— А в чем сейчас основная сложность начать серийный выпуск самолетов МС-21-310? Например, сколько двигателей ПД-14 смогут выпускать ежегодно?

— Вы очень правильный вопрос затронули. Перед нашими партнерами по кооперации, двигателистами, и прибористами, и изготовителями агрегатов, конечно, сейчас стоит задача не просто активизировать завершение опытно-конструкторских работ и сделать отечественные системы, провести полный комплекс испытаний. Я напомню, что, несмотря на особый режим и сокращение всех остальных процедур, тем не менее вопрос, связанный с безопасностью, никто не отменял, авиационные правила действуют. У нас в стране одни из наиболее жестких авиационных правил, синхронизированных с мировыми. И здесь в этом смысле у нас как была высокая планка по качеству и безопасности, так она и остается.

Поэтому коллегам нужно не просто завершить опытно-конструкторские работы, сертифицировать отечественные системы, но еще и быть готовыми к высокосерийному производству. Все-таки производить по 30-40 «Суперджетов», по 70 МС-21, плюс, соответственно, текущее поколение самолетов — это достаточно высокая по серийности планка. Для них требуются инвестиции в техническое перевооружение, наем персонала, и здесь — на совещании президента эта тема обсуждалась — мы идем по пути привлечения инвестиций, масштабных инвестиций.

Роль государства будет в компенсации части процентных ставок по кредитам, которые будут привлекаться на эти цели. Кредиты достаточно значительные, ставка пока, к сожалению, высокая, поэтому, конечно, мы рассчитываем на помощь государства. Самостоятельно будет достаточно тяжело обслуживать, но тем не менее нам такая поддержка обещана, и мы разворачиваем работу сейчас, не откладывая. Мы вместе с кооперацией.

— А какие примерно оценки? Какова доля импортных деталей сейчас на МС-21?

— Доля отечественных в МС-21 выше, чем в «Суперджете». Та задача, которая стоит, это довести ее до 100%. Сейчас, если считать с российским двигателем, это примерно 50/50 отечественных и иностранных систем. Вот эти 50% нам и нужно заместить в максимально сжатые сроки. Задача сама по себе достаточно амбициозная, потому что в принципе сейчас внутри одной страны полностью современные авиационные комплексы, конечно, не создаются, это всегда результат широкой международной кооперации. Но тем не менее мы понимаем, какие предприятия и с помощью каких решений сделают отечественные системы.

Еще раз говорю, часть этих систем мы начинаем уже получать, устанавливать на самолеты и планируем переходить к этапу летных испытаний. Я хотел бы отметить, что, несмотря на паузу, связанную с прекращением поставок иностранных комплектующих, тем не менее производство самолетов на наших авиационных заводах не прекращается, мы продолжаем делать планеры, мы не останавливаем конвейер, и все этапы технологического передела у нас задействованы. При этом, конечно, эти самолеты будут ждать отечественной начинки, которая в 23-24-м году появится. Но это нам даст возможность потом, по получении отечественных комплектующих, сразу передать на рынок достаточно большое количество уже серийных самолетов, получивших главное одобрение к сертификату типа.

— Наша съемочная группа уже побывала на стенде самолета «Суперджет 100». Сейчас будет создаваться такой же стенд для самолета «Суперджет New». А сейчас в какой стадии идет создание импортозамещенной версии?

— «Суперджет» у нас — двуединая задача. Первая — это, конечно, связанная сейчас с поддержкой — опять-таки в условиях прекращения поставки запасных частей и комплектующих — парка в 150 летающих «Суперджетов» по стране, еще 20 самолетов в этом году мы дополнительно допоставим — это будет 170. Самолеты интенсивно эксплуатируются, самолеты сейчас одни из наиболее востребованных, и, как коллеги в авиакомпаниях уже отмечали, это практически единственный самолет, на котором можно сейчас осуществлять полеты в дружественные страны, за границу без риска быть там арестованным. Поэтому самолеты крайне востребованы, и наша задача обеспечить их исправность на высоком уровне на длительный период, чтобы они смогли сдемпфировать, соответственно, возможное падение по «боингам» и «эйрбасам».

Это требует продолжения развития компетенций по ремонту отдельных ПКИ и агрегатов, по изготовлению расходников и ряда оригинальных запасных частей. При этом при всем требования к качеству безопасности никто не снимал, поэтому наша задача первая по «Суперджетам» — это парк в 170 самолетов поддерживать на высоком уровне исправности.

Ну и вторая задача такая же, как и по МС-21 — это в максимально сжатые сроки завершить процесс импортозамещения, поставить новый отечественный двигатель ПД-8, который командой ОДК создается, и они идут по графику, чем мы удовлетворены. Запустить производство.

Также мы в Комсомольске не останавливаем производство этих самолетов, они у нас также делаются. В зависимости от потребностей авиакомпаний мы спланировали 20, возможно, речь будет идти о 30 самолетах в год. Технологически мы способны делать до 40 самолетов «Суперджет», в том числе с российскими комплектующими, поэтому все будет зависеть от потребностей рынка. Пока авиакомпании говорят, что минимум еще 150 самолетов, для того чтобы в новой структуре рынка удовлетворить спрос, им будет необходимо. Поэтому мы обсуждаем темп и ритмичность, с которой мы будем эти самолеты им поставлять.

— Исходя из новых потребностей авиакомпаний в самолетах отечественного производства, получали ли вы новые заявки от авиакомпаний на самолет «Суперджет»?

— Я могу сказать, что из 20 самолетов в плане этого года расписан каждый, и, конечно, большой дефицит, потому что это те самолеты, которые сейчас выполняют фактически скоростную транспортную задачу с меньшими рисками по техническому обслуживанию и с нулевыми рисками по каким-то санкционным историям, поэтому, конечно, эти самолеты сейчас востребованы. Но они показывают и хорошую экономику. При хорошем налете, при той созданной за эти годы системе послепродажного обслуживания и достигнутом уровне исправности самолеты летают, самолеты перевозят пассажиров, что позволяет авиакомпаниям даже в это непростое время иметь хорошую экономику при эксплуатации самолетов «Суперджет».

— А что говорят производители компонентов и бортовых систем? Успевают ли они поставить все импортозамещенные детали для самолета «Суперджет New» в срок? Насколько я знаю, до конца первого квартала следующего года уже должен состояться первый полет.

— Мы действительно до конца года ожидаем двигатель. Первый полет у нас — первый квартал следующего года, но двигатель действительно должен быть поставлен нам под крыло для монтажа и проведения наземных отработок и подготовки первого полета до конца 22-го года. Коллеги максимально сжали все сроки, которые у них есть. К примеру, мы были в Рыбинске, смотрели: даже подготовка производства идет с использованием аддитивных технологий, что, конечно, позволяет сэкономить и время, и деньги, и обеспечить именно тот график, который является максимально сжатым. Коллеги обещают, что график будет выполнен, и, соответственно, 23-й год будет годом интенсивных испытаний самолета «Суперджет» с новым двигателем ПД-8.

— Очень важный вопрос, который сейчас обсуждают, это поставка импортных запчастей для уже готовых самолетов. Как сейчас этот процесс налажен для самолета «Суперджет 100»?

— Задача, я уже об этом говорил, по «Суперджету» в условиях отсутствия поставок от региональных производителей — это сейчас и здесь активизировать компетенцию по ремонту, включая капитальный ремонт, основных агрегатов и приборов, плюс изготовление запасных частей, расходных материалов, для того чтобы формы технического обслуживания проходили с использованием той матчасти, которая здесь будет создана. И мы здесь интенсивно, активно работаем с частными партнерами, с частными технологическими компаниями, часть которых принадлежит авиакомпаниям.

Допустим, компания «Азимут» создает на базе завода во Внуково большой такой технологический центр, на котором как раз компетенцию по ремонту и производству запасных частей освоили. Они это делают в интересах, в первую очередь, программы «Суперджет». Но эти компетенции могут быть востребованы в том числе и по ремонту уже в дальнейшем, на этапе эксплуатации запасных частей для самолета МС-21. Это все позволит поддержать исправность самолетов «Суперджет» на высоком уровне на длительный период.

— А будут ли создаваться еще подобные технические базы?

— Конечно. Разработчики и производители покупных комплектующих агрегатов, те, которые здесь у нас — допустим, стойка шасси компании «Технодинамика» — осваивают здесь ремонт. Коллеги, которые производят комплекс бортового радиоэлектронного оборудования, они, помимо изготовления, осваивают еще и ремонт. Расходники, связанные с авиационными шинами. Коллеги, которые эту компетенцию имеют, они тоже осваивают. Это, конечно, некие новые вызовы, но, с другой стороны, это и новые возможности для компаний авиационной отрасли, для предприятий, постольку поскольку это в значительной степени — от покраски всех самолетов, которые теперь туда уже не улетят краситься, до, соответственно, изготовления авиационных шин — все это теперь будет здесь происходить.

Все это связано еще и с кадрами, с необходимостью привлечения дополнительных кадров: с возвратом, с перераспределением, с наймом. Только по нам программа, связанная с увеличением серийности Ту-204, Ил-96, Ил-76, привела нас к необходимости дополнительного набора порядка 8,5 тысяч человек основных производственных рабочих, тех, которые будут работать на высокопроизводительном оборудовании, в высокотехнологичной отрасли и, собственно, делать самолеты. Это только по нам, как по головнику. Если взять всю кооперацию, то это большее количество людей, в которых нуждается авиационная отрасль, которые будут сюда приходить и, надеюсь, здесь оставаться, работать, делать самолеты.

Пока эта работа направлена на то, чтобы максимальное количество технической, технологической части освоить в России и обеспечить авиакомпании и эксплуатантов, собственно, компетенциями здесь, внутри страны без риска. Несмотря на то что, конечно, я надеюсь, что сотрудничество с дружественными странами такие возможности перед нами оставит. Но тем не менее задачи поставлены — максимально сделать здесь.

— Если говорить про запасы на складах запчастей, все-таки на сколько, если говорить про устройство авиационной отрасли, обычно эти запасы создаются? Явно же не на один месяц.

— Я могу сказать, что под высокосерийный самолет наш «Суперджет» единственный запасы есть. Я не могу назвать цифру, к сожалению, но она измеряется миллиардами рублей. Это то, что лежит на наших основных складах как производителя, на складах авиакомпаний. Здесь, конечно, государственная поддержка, которая к нам приходила все эти годы, позволила нам доинвестировать в ППО значительное количество средств, которое сейчас привело к тому, что у нас основные запасы запасных частей созданы.

И в этой ситуации мы понимаем, что, конечно, они будут приходить, конечно, будут нуждаться в ремонте, конечно, что-то будет заканчиваться, но тем не менее сейчас на складах лежит значительное количество запасных частей, которые позволяют с оптимизмом смотреть на эксплуатацию «Суперджета». При этом не отменяя, конечно, сложную задачу осваивания, еще раз говорю, ремонта и изготовления расходных материалов.

— Также много говорится о том, что необходимо наладить широкий выпуск самолетов Ту-214, Ил-96. По-вашему, о каких сроках может идти речь и на какой объем поставок можно выйти?

— Эта задача уже выполняется. Перед нами поставлена задача увеличить серийность по текущему поколению по «двести четырнадцатому», по «девяносто шестому», у нас там работали в интересах спецзаказчика, в авиакомпании на гражданский рынок мы не поставляли. Сейчас задача, соответственно, увеличить серийность и начать поставлять авиакомпаниям, опять-таки для того чтобы компенсировать риски, связанные с досрочным уходом «боингов» и «эйрбасов». И по программе Ту-214 — это выход на десять самолетов в год, сейчас мы запустили уже изготовление 20 самолетов в год. С темпом в два года мы должны на это количество выйти.

По «девяносто шестым» машинам пока планку держим на уровне двух машин в год, но эта машина, конечно, менее востребованная авиакомпаниями, достаточно пока скромные прогнозы по ее востребованности, но две машины в год мы, тем не менее, будем делать. По «семьдесят шестой» машине, в силу того что структура рынка поменялась и роль авиационного транспорта вырастет, соответственно, Ил-76 как основная рабочая лошадка для выполнения транспортных задач тоже будет востребован. Там должно выйти до 18 самолетов в год, что тоже превышает те планы, которые у нас до этого были.

Для нас, помимо найма дополнительного количества людей, о которых я говорил, это отдельная задача, это еще и необходимое технологическое оснащение, в первую очередь закупка технологического оборудования. Здесь у нас своя программа импортозамещения, потому что, конечно, в предыдущие годы, что греха таить, покупали качественное, но тем не менее иностранное технологичное оборудование. Сейчас таких возможностей будет меньше, причем мы полностью не закрылись, но тем не менее какая-то часть стран перестала поставлять станки. Ну и хорошо, постольку поскольку это отечественное станкостроение, именно для авиации, которое изначально всегда входило в систему авиапрома как такового и за эти годы успело опериться.

Есть компания «СТАН», допустим, которая уже освоила производство пятикоординатных высокопроизводительных станков, и та программа, которая сейчас для повышения серийности текущего производства, для них означает заказ сотен станков. Мы с ними работаем в тесной связи, понимаем их планы, помогаем им и очень надеемся, что заказ на это количество станков под увеличение количества производства самолетов будет выполнен в срок. Для них это тоже, по большому счету, новый рынок, новые перспективы.

— Все-таки более широкий выпуск этих самолетов — это временная мера или возможно такое количество поставок останется и в будущем?

— Уверен, что будет. Самолет, допустим, «двести четырнадцатый» — ну да, качественный, надежный самолет. Единственное, что вызывало вопросы, это его топливная эффективность. Но я хотел бы привести цифры, что в расходах стоимость топлива не больше 25%. Соответственно, да, эти самолеты менее эффективны, но те же самые 15-20% разницы интегрально дают разницу 5-6% в расходах авиакомпании. С учетом того, что сейчас экономика авиакомпаний сильно поменялась, появились новые расходы, какие-то еще старые, я думаю, что эти 5-6% ничто по сравнению с тем, что компании будут обладать парком новых самолетов, способных обеспечить полеты, транспортную связь страны и вообще возможность, по большому счету, российским гражданам перелетать из одного города в другой.

У нас такая страна, что… У нас завод в Комсомольске — 8 суток на поезде, в командировку достаточно проблематично, поэтому самолеты стране нужны. И самолеты Ту-214, которые уже начиная с этого года, со следующего начнут поступать именно в авиакомпании, эту задачу вполне могут выполнить. А то, что они будут тратить чуть больше топлива… Я считаю, что можно вполне на уровне государства отрегулировать стоимость того же самого топлива, сделать так, чтобы на экономике авиакомпаний не отразилось, чтоб были новые самолеты, при этом их экономика не пострадала.

  • 5
    Нет аватара MishaBob
    12.04.2207:09:44

    Иран очень ждет Ту-214, в свое время готов был купить 100 машин. Из-за санкции тогда заблокировали, сейчас запреты сняты. Почему не использовать возможность?

  • 4
    Нет аватара Zzepp
    12.04.2210:53:02

    — Уверен, что будет. Самолет, допустим, «двести четырнадцатый» — ну да, качественный, надежный самолет. Единственное, что вызывало вопросы, это его топливная эффективность. Но я хотел бы привести цифры, что в расходах стоимость топлива не больше 25%. Соответственно, да, эти самолеты менее эффективны, но те же самые 15-20% разницы интегрально дают разницу 5-6% в расходах авиакомпании. С учетом того, что сейчас экономика авиакомпаний сильно поменялась, появились новые расходы, какие-то еще старые, я думаю, что эти 5-6% ничто по сравнению с тем, что компании будут обладать парком новых самолетов, способных обеспечить полеты, транспортную связь страны и вообще возможность, по большому счету, российским гражданам перелетать из одного города в другой.

    Классно излагает. Что же он, такой умный, это не сделал раньше? Я не буду говорить про его карьеру в «Росвертол» под крылом у папаши, но он с 2010го года — директор департамента авиационной промышленности Минпромторга. Самолёт эксплуатируется в мелкосерийном формате с 1996го года. И получается уже много-много лет не было ни единой причины его нормально эксплуатировать, развивать линейку дальше, давать жить и развиваться куче смежников. С 2014го вообще уже очевидно было, чем оно всё закончится. Восемь лет прошло — и тут всех просто осенило. Оказывается, вот прямо под боком всё уже было готово. И не надо было выкручиваться на тему «Как спасти КАПО». Просто брать и делать.

    Эти конкретные люди точно компетентны, и им нужно руководить развитием нашей авиации дальше?

    • 1
      Сергей Котенко Сергей Котенко
      12.04.2212:24:48

      Мне данная информация показалась интересной для тех, кто хочет знать состояние нашей авиационной промышленности сейчас и ближайшие планы развития.

      Понимал и риск того, что некоторые товарищи попытаются начать срач.

      Не советую.

      • 2
        Нет аватара Zzepp
        12.04.2212:52:41

        Сергей, простите. Срач разводить не хотел, но… не сдержался. Очень не люблю несколько конкретных лиц из управления нашего авиапрома, которые уже 10+ лет отчитываются, что всё взлетит через два года, но оно не взлетает.

        А состояние… Борисов несколько дней назад озвучил: на 1.5-2 года всё вправо сдвигается. Борисову — пока — вроде как верить можно   .

        • 0
          Сергей Котенко Сергей Котенко
          12.04.2214:30:41

          В сообщении гораздо подробнее. Только поэтому опубликовал, понимая все риски такой публикации.

      • 5
        Нет аватара MishaBob
        12.04.2213:32:14

        Как с импортомзамещением данных элементов Ту-214?

        Honeywell инерциальная навигационная система HG2030AE21

        ОАО «Киевский завод „Радар“» метеонавигационная радиолокационная станция МНРЛС-85

        Honeywell Метеорадиолокационная станция RDR-4B

        Honeywell система раннего предупреждения близости земли EGPWS

        Air Cruisers аварийно-спасательное оборудование

        Отредактировано: MishaBob~13:35 12.04.22
Написать комментарий
Отмена
Для комментирования вам необходимо зарегистрироваться и войти на сайт,