Точно растёт? не врёшь ? прям портфель и растёт ? зуб даёшь ?

и вот что меня удивляет , на концерты шансона с таким сленгом , - полный зал и главное морды такие счастливые.......... поубевал бы всех а я балалайку слушаю в сто первый раз......    Отредактировано: Garin~21:49 17.08.2011

я люблю ЧУДО запредельное , а не ресторанские потуги....... Отредактировано: Garin~21:56 17.08.2011

а вам по нраву Стас М И Елена В? Отредактировано: Garin~22:18 17.08.2011

Офигели вы Морган на шелупонь брасаться ? вроде мозг у вас должен после моего умереть........... Отредактировано: Garin~12:37 19.08.2011

ну для вас нарисую блатняк     На улице Шартажской было дело. Я был тогда бедовым огольцом, кастета не имел, но был я смелый, с открытым, ненапуганным лицом. Потом, когда я стал большой и гордый, я был уже запуган, как и ты, в такие замечательные годы сексоты людям делали кранты. Ну, в общем, как-то раз мы шли на дело, которое нам снилось уж давно, и мама расколоть меня хотела, но я сказал ей, что пошел в кино. Тогда крутили за полночь киношку, где два бойца дружили на войне, а мы другую выбрали дорожку, печальную и скользкую вполне. Мы шли по теплым улицам Свердловска, и были наши совести чисты, а из бараков драки отголоски неслись через акации кусты. Нам попадались бывшие солдаты, кто с барышней, кто с новым костылем, мы были пред ними виноваты, но только мы тогда не знали, в чем. И шла дорога наша до столовки, которая была почти кафе, а там уже стоял фиксатый Вовка, затерянный в отцовских галифе. Он нам сказал, что сторож дядя Толя с бидона браги давит храпака, и мы теперь, как нас не учат в школе, войти в таверну можем с чердака. Вошли мы в нищету столовских складов, как Кадочников, то есть, Кузнецов, входил в берлогу к гитлеровским гадам с красивым добросовестным лицом, а там стоял зеленый холодильник, как наша правда - прочный и большой, и Колька Кучкильдин, достав напильник, открыл его не быстро, но с душой. Мороженого было там на роту, а может, на дивизию, и вот наелись мы и стало неохота, поскольку к пище не привык живот. Потом мы повернули к отступленью, и закурив на теплом чердаке, нечаянно заснули в наслажденьи, измазанные в сладком молоке. А утром участковый дядя Вася, кряхтя и чертыхаясь, к нам залез, с тех пор я понял истину, что счастье - наказанный глубокий интерес. И мы слегли и нас зауважали, а Колька был с простудой не знаком, поскольку жил всегда в сыром подвале, в воде произрастая босиком. Но воспаленье легких не проказа, глотал я стрептоцид и аспирин, и кальцекс (горький был, зараза, хотя и проходил под сахарин). Я эти годы позабыть не в силах, и шумный наш огромный старый двор. Снесли наш дом, так много посносили, но это брат, особый разговор. рваные карманы, мелкая плотва, пацаны-жиганы, робя, да братва. Отредактировано: Garin~01:17 18.08.2011