Строительство Михаило-Архангельского кафедрального собора в Архангельске

Суть народного просвещения именно в том, чтобы изменить взгляд человека на мир с мистического на научно-практический.

На школьной скамье нам говорят, что современную науку породило накопление эмпирических данных и отдание предпочтения опыту перед абстрактными метафизическими теориями. На деле все обстояло наоборот. Сумма фактов, которыми располагали европейские ученые на пороге Нового времени, принципиально не отличалась от набора познаний античных или индийских, арабских или китайских естествоведов. Значит, не накопление фактов само по себе совершило прорыв к принципиально новой научной парадигме.

Для оправдания попыток рационального постижения мироздания потребна была еще и уверенность в том, что незримая сторона мира не просто есть, но и познаваема человеческим разумом. Это означало отнюдь не очевидную убежденность в том, что законы космоса написаны на языке человеческого разума.

В свою очередь, умопостигаемость сущностного мира предположима не при всех метафизических условиях. Научному исследованию поддается только та вселенная, которая от края и до края разумна. Таковой она может восприниматься только в мире монотеизма.

Если за каждым явлением природы прячется отдельная воля, которая в своих действиях никак не согласуется с волями иных духов, то в этом космическом плюрализме приходится оставить всякую надежду найти единые, постоянные и понятные принципы устроения мироздания. Итак, одна вселенная — один Творец. Единый круг мировых движений — и одна Воля, которая его направляет.

Отсюда, в частности, понятно, почему научная картина мира не могла возникнуть в мире иудейской каббалистики. Вот раби Симон, учащий: «Каждая былинка имеет ангела-хранителя, который властно повелевает ей: расти!». Это значит, что понять рост и движение былинки можно лишь угадав волю ее ангела. Былинок биллионы — ангелов не меньше…

Но если Единый Творец составляет единый план в мире, то самотождественность Творца как бы гарантирует и то, что принципы, по которым действует наша часть вселенной, имеют силу и во всех остальных ее слагаемых.

Поэтому, как справедливо заметил С. Яки, ни один иной аргумент не может быть более антихристианским в полемике со сциентизмом, чем утверждение, что вселенная «таинственна».

Монотеизм, утверждая полную зависимость мира от воли Единого Творца, тем самым освобождает мир и его феномены, к познанию которых стремится человек, от засилия бесчисленного множества мелких демонических диктатур. Мир волевого плюрализма неизбежно иррационален. Естественно, что в мире множественно-дробных демонических воль человек может ориентироваться лишь иррационально же. Понятно, почему «праздник Акиты в Вавилоне предполагал, что только мистерии могут удержать космос от распада в хаос. При этом для борьбы с иррациональностью природы мистерии должны отличаться тем же качеством».

В отличие от вавилонских и прочих более ранних мифов, где хаос предшествует бытию, в ветхозаветной истории мир рождается чистым актом божественной воли. «Подлинное понятие творчества, которое одним повелевающим словом воздвигает мир к существованию из ничего, есть только в Библии», — пишет Р. Гвардини.

Но то, что мир сотворен, а не порожден Богом, означает, что сам мир не есть Бог. Монотеизм производит демифологизацию мира. И тем самым делает его доступным для не-мистического познания. Если мы вспомним, что Галилей уподобляет эксперимент пытке, то поймем, почему экспериментальная наука не могла появиться в языческом обществе: тело Бога пытать нельзя. Как христианину не придет в голову ставить химические эксперименты по выяснению состава Св. Даров, так и язычник, воспринимающий мир как непосредственное проявление Божества, не может позволить насиловать святыню. Позиция язычника сегодня нам может казаться более экологичной, более нравственной — но все же она содержит в себе явственный запрет на науку (во всяком случае, на ее возникновение: традиционные общества могут в меру своей секуляризации принимать принципы уже открытого европейцами мироустройства, но не могут сами их формулировать).

Монотеизм освобождает природу для науки — во-первых, для ее экспериментов, а во-вторых, вообще для ее мыслительных предположений. В христианстве образом Творца оказывается не мир, а человек, Единородным Богу оказывается Сын, а не Вселенная. Эта удаленность мира и человека от Бога позволила создать пространство космологуменов, то есть таких суждений о человеке и мире, которые не принимали сразу религиозного характера и тем самым не навлекали подозрений в кощунстве. «Творение из ничего — это догмат, переносящий центр смысловой деятельности с природы на сверхприродное начало, лишающий природу той самостоятельности, которую она имела у греков. Именно отношение к природе как к чему-то божественному, самоценному и самостоятельно сущему, то есть некоторая сакрализация природы является, на наш взгляд, одной из причин того, почему в античности принципиально не могла появиться наука", — пишет авторитетнейший современный русский историк культуры П. П. Гайденко.

В развитом язычестве бог-мир окружает человека, и высший познавательный и жизненный идеал человек находит в отдаче себя целому. Напротив, христианство, помещая человека в зазор между Богом и тем миром, который не есть Бог, требует от человека усилия по прорыву. В то время как в христианстве Бог творит, а человек преображает мир «деланием», Дао производит его «недеянием».

Очевидно, описание истории науки лишь в терминах накопления фактов и теоретических прозрений недостаточно. Надо привлекать вне-научные, культурные основания.

Почему везде, кроме Европы, наука оказалась хилым ребенком, умершим вскоре после родов?

Почему китайцы не использовали свои открытия? «В самой духовной подкладке восточной культуры отсутствовало нечто важное, что-то такое, благодаря чему Запад смог породить технологию».

Как показал Нидем, китайская наука развивалась, пока доконфуцианские философы сохраняли веру в единого Творца — до тех пор, пока не восторжествовало квазипантеистическое отождествление человека и общества с Природой. Теперь уже Природа не мыслилась подчиненной трансцендентному по отношению к ней Разуму — а значит, и человеческий разум не мог предъявлять своих прав на ее познаваемость.

Итак, у той колыбели, которой для новоевропейской науки явились средние века, должны были все время находиться слова Писания: «Бог расположил все мерою, весом и числом» (Прем. 11, 20).

И, наконец, третье условие, необходимое для становления науки: невидимо-идеальный мир постигаемых сущностей должен иметь непосредственное отношение к миру видимых вещей. Ученый не только должен быть убежден в том, что ему есть что познавать за гранью видимых феноменов. Он не только должен быть убежден в том, что эта незримая сфера эйдосов доступна его познанию. Но еще он должен быть убежден, что, изучая незримые — законы математики, — он изучает тем не менее именно видимый мир. По сути это вера в то, что мир идеального воплощен в нашем мире.

Математика была и в Греции. Но ее там не использовали для создания физики. По замечательному выражению Честертона, «древние греки за дриадами не видели леса».

Нужно было средневековье, аскетически сводящее мир к Библии, чтобы лишить звезды сакрального статуса, чтобы начать говорить о звездах как о камнях — не рискуя при этом быть убитым возмущенными жрецами. Ведь именно за это Анаксагор был выслан из Афин. Чтобы Коперника не постигла подобная же участь, ему нужен был преп. Иоанн Дамаскин: «Никто же да не думает, что небеса или светила одушевленны, ибо они — бездушны и бесчувственны». Хотя «Писание умеет олицетворять» — из стиха, утверждающего, что «небеса поют славу Господу» не следует одушевленность астрономических сфер (и преп. Иоанн поэтому вполне мог уже очень ясно объяснять, что причина затмений — в земной тени, падающей на Луну.

Кроме того, в европейских ученых желание познать не только отвлеченные идеальные принципы, но и конкретную данную реальность пробуждал и историцизм христианства.

Для интереса к научному изучению эмпирического мира нужно оправдание истории. История единична и конкретна, воплощенна — как конкретен и воплощен эмпирический мир. Интересно, что в «Государстве» Платона разрешаются только те науки, которые носят созерцательно-эйдетический характер: геометрия, арифметика, музыка, астрономия и диалектика. «Это науки исключительно пластически-архитектонического характера. Все они оперируют или просто числом или четкими и резкими идеями», — пишет А. Ф. Лосев. Здесь нет места для истории. Но, значит, христианство со своим «при Понтийстем Пилате» и дало повод к появлению исторического интереса, к исследованию конкретности библейских повествований. Исследовательский интерес людей начал воплощаться, то есть обращаться к конкретной и исторически данной реальности, существующей в пределах пространства и времени.

Еще одно следствие монотеизма: освобождение астрономии от ангелологии. Для средневекового мистика восприятие Бога настолько ярко, что во всем мире он видит только одну существенную разницу: между Богом и тем, что не есть Бог. Творец и тварь — вот основная дихотомия развитого христианского богословия, пришедшая на смену языческому противопоставлению земли и неба. Перед величием Творца меркнет то различие, которое есть между небесным миром и земным, между миром звезд и планет и миром людей.Но это в конце концов означало, что мир видимых небес можно исследовать по аналогии с нашим земным миром. В частности, законы земного движения оказалось возможно перенести на законы движения светил.

 http://wpogosov.narod.ru/kuraev.html 

вся детская любознательность жесточайшим образом забивается, прививается догматизм, беспрекословный авторитет «духовных отцов» и «старших» и т. п.

^ Определение Священного Синода

об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью вязать и решить

патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

Имели суждение об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властьювязать и решить (Мф.18:18).

Постановили: 1. Имея в виду участившиеся жалобы мирян на канонически неоправданные действия отдельных пастырей, указать священникам, несущим духовническое служение, на недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к следующим действиям и решениям: принятию монашества; несению какого-либо церковного послушания; внесению каких-либо пожертвований; вступлению в брак; разводу или отказу от вступления в брак, за исключением случаев, когда брак невозможен по каноническим причинам; отказу от супружеской жизни в браке; отказу от воинского служения; отказу от участия в выборах или от исполнения иных гражданских обязанностей; отказу от получения медицинской помощи; отказу от получения образования; трудоустройству или перемене места работы; изменению местожительства.

2. Напомнить всем пастырям Русской Православной Церкви, несущим духовническое служение, о необходимости в духовнической практике строго следовать букве и духу Священного Писания и Священного Предания Православной Церкви, заветам святых отцов и каноническим установлениям, а также о недопустимости для православных пастырей вводить в духовническую практику какие-либо нравственные и иные требования, выходящие за рамки предписанного означенными установлениями, и, по слову Спасителя,возлагать на людей бремена неудобоносимые (Лк.11:46).

3. Напомнить всем пастырям-духовникам о том, что они призваны помогать своим пасомым советом и любовью, не нарушая при этом богоданную свободу каждого христианина. Подчеркнуть, что беспрекословное послушание, на котором основывается отношение послушника к старцу в монастырях, не может в полной мере применяться в приходской практике во взаимоотношениях между священником и его паствой. Особо указать на недопустимость для пастырей вмешиваться в вопросы, связанные с выбором жениха или невесты кем-либо из их пасомых, за исключением случаев, когда пасомые просят конкретного совета.

4. Подчеркнуть недопустимость негативного или высокомерного отношения к браку, напомнив всем священнослужителям правило 1-е Гангрского Собора: «Аще кто порицает брак и женою верною и благочестивою, с мужем своим совокупляющеюся, гнушается или порицает оную, яко не могущую внити в Царствие, да будет под клятвою». Особо подчеркнуть, что принятие монашества является делом личного выбора христианина и не может совершиться «по послушанию» тому или иному духовнику.

6. Напомнить пастырям о том, что Православная Церковь, настаивая на необходимости церковного брака, с уважением относится к гражданскому браку, а также к такому браку, в котором лишь одна из сторон принадлежит к православной вере, в соответствии со словами святого апостола Павла:Неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим (1 Кор.7:14).

7. Напомнить пастырям о том, что в своем отношении ко второму браку Православная Церковь руководствуется словами святого апостола Павла:Соединен ли ты с женою? Не ищи развода. Остался ли без жены? Не ищи жены. Впрочем, если и женишься, не согрешишь; и если девица выйдет замуж, не согрешит… Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе (1 Кор.7:27-28, 39).

8. Напомнить пастырям о необходимости соблюдения особого целомудрия и особой пастырской осторожности при обсуждении с пасомыми вопросов, связанных с теми или иными аспектами их семейной жизни.

10. Подчеркнуть недопустимость использования церковного амвона для проповеди тех или иных политических взглядов.

11. Призвать епархиальных Преосвященных обратить особое внимание на то, как пастырями вверенных им епархий осуществляется духовное окормление паствы. Усилить надзор за строгим соблюдением пастырями установлений и норм Православной Церкви, касающихся различных аспектов духовнической практики.

12. Призвать верующих Православной Церкви обращаться к своему правящему архиерею во всех случаях, когда пастырь-духовник превысил данную ему Богом власть вязать и решить. Напомнить православной пастве о том, что советы духовника не должны противоречить Священному Писанию, Священному Преданию, учению святых отцов и каноническим установлениям Православной Церкви; в случае же расхождения таковых советов с указанными установлениями предпочтение должно отдаваться последним. В связи с этим обратить внимание на слова преподобного Симеона Нового Богослова о том, как должны строиться отношения между духовным чадом и духовником: «Молитвами и слезами умоли Бога послать тебе бесстрастного и святого руководителя. Также и сам исследуй Божественные Писания, особенно же практические сочинения святых отцов, чтобы, сравнивая с ними то, чему учит тебя учитель и предстоятель, ты смог видеть это, как в зеркале, и сопоставлять, и согласное с Божественными Писаниями принимать внутрь и удерживать в мысли, а ложное и чуждое выявлять и отбрасывать, чтобы не прельститься. Ибо знай, что много в эти дни стало прельстителей и лжеучителей».

13. Епархиальным Преосвященным довести настоящее постановление до сведения священнослужителей, монашествующих и мирян Русской Православной Церкви.

Справка. В последнее время участились случаи злоупотреблений в духовнической практике, негативно сказывающиеся на состоянии церковной жизни.

Некоторые священнослужители, получившие от Бога в Таинстве Священства право на духовное руководство паствой, считают, что таковое право означает безраздельную власть над душами людей. Не памятуя о том, что отношения между духовником и духовными чадами должны строиться на основе взаимного уважения и доверия, таковые пастыри переносят сугубо монашеское понятие беспрекословного подчинения послушника старцу на взаимоотношения между мирянином и его духовным отцом, вторгаются во внутренние вопросы личной и семейной жизни прихожан, подчиняют себе пасомых, забывая о богоданной свободе, к которой призваны все христиане (см.: Гал.5:13). Подобные недопустимые методы духовного руководства в некоторых случаях оборачиваются трагедией для пасомого, который свое несогласие с духовником переносит на Церковь. Такие люди покидают Православную Церковь и нередко становятся легкой добычей сектантов.

Некоторые духовники объявляют незаконным гражданский брак или требуют расторжения брака между супругами, прожившими много лет вместе, но в силу тех или иных обстоятельств не совершившими венчания в храме. Случается, что духовник настаивает на расторжении брака между супругами, когда один из супругов не принадлежит к православной вере. Иные монашествующие духовники запрещают своим духовным чадам вступление в брак и принуждают их к принятию монашества на том основании, что монашество якобы выше брака. Некоторые пастыри-духовники не допускают к причастию лиц, живущих в «невенчаном» браке, отождествляя таковой брак с блудом; запрещают своим духовным чадам вступление во второй брак на том основании, что второй брак якобы осуждается Церковью; запрещают супружеским парам развод в том случае, когда в силу тех или иных обстоятельств семейная жизнь становится для супругов невозможной.

Имеют место случаи, когда пастырь «не благословляет» тому или иному из своих прихожан жениться или выходить замуж по любви, но предлагает «по послушанию» вступить в брак с лицом, рекомендованным самим пастырем.

Также имеют место случаи, когда пастырь запрещает пасомым обращаться за медицинской помощью, препятствует исполнению пасомыми своих гражданских обязанностей — участию в выборах, службе в Вооруженных Силах. Некоторые пастыри навязывают пасомым те или иные политические взгляды. Иные духовники считают учебу в светских учебных заведениях ненужной или вредной для спасения. Подобные требования не только нарушают право каждого христианина на принятие самостоятельных решений, но и входят в противоречие с действующим законодательством.

Участились случаи создания теми или иными пастырями таких церковных общин, в которых жизнь строится на авторитете самого пастыря, подкрепляемом негативным отношением к церковному Священноначалию, а также к другим пастырям и приходским общинам. Таковые пастыри забыли о том, что их задача — вести людей к Богу, а не группировать прихожан вокруг самих себя. В подобного рода приходах создается атмосфера собственной исключительности, несовместимая с духом соборности, на которой зиждется Православная Церковь.

Патриарх Московский и всея Руси АЛЕКСИЙ II

28 декабря 1998 года

Меня этот вопрос никоим образом не интересует — поэтому я не знаю деталей.

Знаю только (видел информацию, когда что-то другое искал), что в России, как и во многих других странах, религиозные организации освобождены от налога на землю и недвижимости, используемых для религиозных нужд.

Религиозный и необразованный человек — легко управляем. Также, в виду своей необразованности, он беден и терять ему нечего.

С Вами не согласятся такие «необразованные» люди, как Ньютон, Паскаль, Пастер, Кеплер, Декарт, Ампер, Бэкон, А.Каррель, Кант, Эрстед, Комптон, Огюстен Коши, Ломоносов, Павлов, Роберт Бойль, Джозеф Томсон, Шекспир, Гёте, Достоевский, Диккенс, К.Ушинский, Гоголь, Джеймс Джинс, Фред Хойл, Эдисон, Эйнштейн, Фарадей, Гэмфри Дэви, Макс Планк,Н.Бехтерева, Борис Раушенбах и многие др.

Приведу лишь несколько высказываний.

Фрэнсис Бэкон: «Малое знание отдаляет от Бога,большое знание к Нему приближает».

Роберт Милликен (физик, лауреат Нобелевской премии):"Я не могу представить себе,как может настоящий атеист быть учёным".

мир сотрясают войны. их первопричина экономическая

Ну вы поняли.

Убийцы из стран НАТО занимаются убийствами в других странах: в Ливии, Афгане, Сирии, Украине и прочих. ЧВК.

Австрия — не член НАТО.число убийств — 0,6 на 100000 населения;

Швейцария - не член НАТО, число убийств на 100000 жителей — 0,7;

Швеция — не член НАТО, число убийств — 1 на 100000 жителей;

Финляндия — не член НАТО число убийств — 2,2 на 100000 жителей.

Россия — число убийств в 1897 году — 1,6 на 100000 жителей, в первом полугодии 2016 года — 7,6 на 100000 жителей.

В советское время удой молока с коровы составлял 2000 л в год    , сейчас он достиг 5000 л. Вот так и работали в СССРе.

«Раскулаченные» с церкви деньги пошли по итогам Генуэзской конференции на выплату компенсации бывшим иностранным собственникам в России, часть церковных денег «раскулачили» и затем вывезли за кордон белоэмигранты.