Именно это я и сказал.

Собственно, с самого моего начала жизни на нашем сайте — именно это и говорю, моя публикация (господи, 2011 г — это уже 7 лет прошло!) — sdelanounas.ru/blogs/8932/

Продолжим ранее начатый разговор об «отверточной сборке» и «локализации производства», рассмотрим следующий вопрос: а чья, какой страны та или иная компания? Скажем, Эйрбас — кому, собственно, принадлежит?

Любой «знающий» человек немедленно ответит: известно кому, совместный франко-германский проект! И будет глубоко неправ.

Действительно, отверточная сборка аэробусов ведется на двух заводах, во Франции и Германии. Из купленных компанией самолетокомплектов там отвертками собирают самолеты. Вот только принадлежат эти заводы — отнюдь не Франции и Германии, потому как 100% акций Эйрбаса принадлежит компании EADS, а компания эта — зарегистрирована отнюдь не во Франции или Германии, а…

в Амстердаме. Голландская компания.

А кто же владеет компанией EADS?

22% акций принадлежат группе SOGEADE (совместное владение правительства Франции и компании Lagardère), 22% — компании Daimler AG, 5% — компании SEPI из Испании, 3% — компании Dubai Holding понятно откуда, личная собственность шейха,

а 5% — российскому Внешэкомомбанку, собственник — российское правительство.

Оставшиеся 42% акций торгуются на шести биржах, и их собственники — вчера Джон, сегодня Махмуд, завтра Иван…

Так что с какой стати компания Эйрбас — франко-немецкая? Она — и российская тоже!

Мне могут возразить — ну что Вы, подумаешь — всего 5%, вон у немецкого Daimler AG — аж 22%! На что возражу уже я: пардон, с чего Вы взяли эту полнейшую ерунду, что Daimler AG — это немецкая фирма? Вот уж нет!

Самый большой пакет акций Daimler AG, 9%, принадлежит компании Aabar Investments из Объединенных Арабских Эмиратов. Второй по значимости владелец, 7% — компания Kuwait Investment Authority, понятно откуда. Пакеты еще двух владельцев по полтора процента, немцев там тоже нет, остальные владельцы не имеют и 1%. Там уже появляются немецкие компании и физические лица, но если сложить все их доли, но на немецкую сторону в целом придется всего 28% владения Daimler AG.

То есть, в пересчете на EADS, немецкая сторона владеет 28-ю процентами от 22%, то есть — 6%. Абсолютно сравнимо с пакетом российской стороны, тем более что в Германии эти акции — распылены между тысячами лиц, а в России — сосредоточены в руках стратегического инвестора.

Точно такая же ситуация и с «французским» владельцем, компанией Lagardère: у всей французской стороны суммарно только 37% акций.