по-вашему, доклад «Религия и естествознание» (май 1937) Макса Планка — это газетное интервью?

Я спрашивал у вас первоисточник цитаты не Планка, а Комптона — и им оказалась как раз газетное интервью Chicago Daily News, что мягко говоря не тянет на авторитетное научное издание.

По поводу же планковского доклада — вы его сами-то прочтите на досуге. Он вообще-то как раз о том и пишет, что познание Бога для человека, слепо верующего и для ученого — это совершенно разные вещи, и там, где один видит только чудеса и догматы — другой стремится познать этот мир, опираясь на логику и опыт, и как итог этого познания мира — возможно немного приблизиться к познанию Бога, как его первопричины. Собственно, это видно даже из вашей цитаты, если не подвергать ее варварскому обрезанию, а привести в чуть более полном виде:

Религиозному человеку Бог дан непосредственно и первично. Из Него, Его всемогущей воли исходит вся жизнь и все явления как телесного, так и духовного мира. Хотя Он и непознаваем разумом, но тем не менее непосредственно проявляет себя через посредство религиозных символов, вкладывая свое святое послание в души тех, кто, веруя, доверяется Ему. В отличие от этого для естествоиспытателя первичным является только содержание его восприятий и выводимых из них измерений. Отсюда путем индуктивного восхождения он пытается по возможности приблизиться к Богу и Его миропорядку как к высшей, вечно недостижимой цели. Следовательно, и религия, и естествознание нуждаются в вере в Бога, при этом для религии Бог стоит в начале всякого размышления, а для естествознания — в конце.

Для одних Он означает фундамент, а для других — вершину построения любых мировоззренческих принципов. Это различие соответствует различиям в тех ролях, которые религия и естествознание играют в человеческой жизни. Естествознание нужно человеку для познания, религия — для того, чтобы действовать. Единственной устойчивой предпосылкой для познания является то, что воспринимается нашими органами чувств, а предположение о существовании миропорядка, имеющего свои законы, здесь служит лишь предварительным условием для плодотворной формулировки проблем. Для практической же деятельности этот путь не пригоден, так как мы не можем отложить наши волевые решения до тех нор, пока познание не станет полным или же мы не станем всезнающими. Ибо многочисленные требования и нужды нашей жизни часто вынуждают нас принимать мгновенные решения и подтверждать свои убеждения. И в этом нам не могут помочь долгие рассуждения, а требуется только определенное и ясное указание, которое мы можем получить, опираясь на непосредственную связь с Богом. Она одна может дать нам внутреннюю опору и устойчивый душевный мир, который мы должны расценивать как наивысшее жизненное благо; если мы Богу, помимо его всемогущества и всеведения, припишем еще атрибуты благости и любви, то обращение к Нему в полной мере способно дать человеку, ищущему утешения, надежное чувство счастья. С позиций естествознания против этого представления нечего возразить, потому что вопросы этики, как мы уже подчеркивали, вовсе не входят в его компетенцию.

Теперь попробуйте рассмотреть в свете этой цитаты ваше утверждение о том, что «кроманьонцы произошли от Адама и Евы» и подумайте, какой из этих двух подходов привел вас к этому выводу — путь ученого или путь слепого догматика.